Собака, наиболее близкое человеку животное, олицетворяет такие добрые качества как верность, бдительность, привязанность, искренность и послушание. В некоторых традициях она выполняет функции культурного героя, мифического первопредка, принесшего людям огонь. Кроме того, собака, посвященная богам войны, может быть образом храброго и решительного воина, символизировать силу, мужество и активное внимание.

Будучи помощником человека, собака ведет его по дороге к цели. Собака сопровождает человека в течение дня жизни и является его проводником через ночь смерти.

Великие проводники душ, такие как Анубис, Геката и Гермес изображаются с головой собаки или имеют собаку в качестве своего атрибута. Во многих мифологиях собака охраняет границы между мирами, является стражем и владыкой подземного мира, где властвуют хтонические и лунные божества.

Это мир снов, царство тьмы, другая сторона жизни, где, однако находится точка, в которой смерть становится возрождением. Здесь происходит возвращение к истокам, это энергетический центр, где пребывают силы возобновления.

В Древнем Египте встречаются кинокефалы, божества с головой собаки. Их задача — бороться с чудовищами, уничтожать врагов света и охранять вход в священные места.

Анубис, покровитель умерших, почитался в различных образах — черного шакала, дикой собаки Саб, в виде человека с головой шакала или собаки.

Анубис-Саб считался судьей богов. Его основные эпитеты «Хентиаменти», то есть тот, кто находится перед страной Запада (царства мертвых), «владыка Расетау» (царства мертвых), «стоящий перед чертогом богов». Анубис из «другой стороны жизни» принимает покойника, сопровождает его до берега на барке мертвых и присутствует при взвешивании сердца. Именно Анубис мумифицирует труп Озириса.

Черный Анубис связан с первым этапом алхимического процесса, «черным деланием», которое в психологическом плане означает вхождение в хаос, разъединение, распад. Древние греки отождествляли Анубиса с Гермесом.


В греческой мифологии собака — это атрибут Гермеса, посланника богов, покровителя путников, проводника душ умерших. Являясь психопомпом, подобно Гермесу, собака в то же время обладает способностями целителя и сопровождает бога медицины Асклепия (Эскулапа). Она может исцелять, давать рождение, новую жизнь.

Чудовищный трехголовый пес Кербер охраняет вход в мир мертвых, Гадес. Он охранник владений Гадеса, куда прибывают мертвые в лодке Харона. Гадес — это страна теней, но внутри, в ее глубинах, хранятся сокровища. Это богатства внутреннего, духовного мира, которые охраняет Кербер.

С подземным миром связана и Геката, хтоническая богиня мрака, ночных видений и чародейства, которая появляется в облике собаки или в сопровождении своры собак, «псов войны». Геката выступает в образе божества, связывающего два мира — живой и мертвый. Она олицетворяет мрак, вместе с тем это лунная богиня, близкая Селене и Артемиде. Артемида, дева-охотница, покровительница леса и диких животных, владычица циклов времени, ее тоже сопровождает собака.


В Древней Индии Индру, царя богов, сопровождает собака Сарама («быстрая»), которой посвящен один из гимнов в «Ригведе». Индра посылает Сараму на поиски пропавших коров к паниям, а затем освобождает их из плена. Сарама — мать двух чудовищных псов, Шарбаров, охраняющих царство Ямы. Эти четырехглазые псы с широкими ноздрями, стражи и вестники Ямы, «царя мертвых», бродят среди людей, высматривая свою добычу — людей, которым суждено умереть.

Сам Шива, чтобы испытать веру людей, может обратиться в черную собаку.

В семнадцатой, предпоследней, книге Махабхараты — Махапрастханикапарве — Сарама не фигурирует, однако важнейшую роль в этой части древнеиндийского эпоса играет собака, которая в конце повествования оказывается богом справедливости Дхармой


В Древнем Иране есть предание, что на Древе Всех Семян сидит Сенмурв, священный пес Ахурамазды, покровитель зародышей и всходов. Он изображается крылатым и покрытым рыбьей чешуей, что символизирует господство в трех стихиях — в воздухе, на земле и воде. Каждый раз, когда он подымается, у дерева вырастает тысяча ветвей; когда он садится, он ломает тысячу ветвей и рассеивает их семена.

У зороастрийцев собака — второе по святости существо после человека, «самое любезное творение». Кормление собаки, в том числе ритуальное, имеет большое значение: пища данная собаке сразу после захода солнца предназначается для душ умерших.

Для выполнения погребальных обрядов в зороастризме используют белых «четырехглазых» собак (с темными пятнами под глазами).

«Четырехглазость» подразумевает способность собак видеть саму смерть, с чем связан ритуал «сагдид» («взгляд собаки», «осматривание собакой»), когда собака своим взглядом прогоняет от мертвого тела дэва трупной скверны. Две собаки стерегут мост Чинват, ведущий в мир иной и встречают душу человека после его смерти.
За нанесенный собаке вред полагалось наказание, причем весьма жестокое. Только за простую обиду или за неподходящую пищу виновного весьма порицали. За увечье, нанесенное собаке, находящейся «при деле», то есть, охотящейся, стерегущей дом, пасущей скот, следовало возместить ущерб наказанием, а за смерть – наказанием в виде жестокой порки конской плетью. За убийство род виновного до девятого колена должен был быть проклят, а сам он после смерти оставался один на один с толпами адских демонов без помощи и поддержки светлых сил.

Однако практическое равенство в статусе человека и собаки налагало и на последнюю определенные обязательства – собака также подлежала суду и суровому наказанию за нападение на человека. Закон зороастризма был таков: за укус полагалось лишить собаку уха, за повторный – второго уха, потом хвоста, лапы и так далее. Неисправимых преступников, в конце концов, лишали жизни.


У ацтеков Шолотль, брат-близнец Кецалькоатля, имеет голову собаки. Собака, как Шолотль, который сопровождает Солнце в его путешествии в подземном мире, могла провести умерших к месту вечного пребывания.

Шолотль, Венера вечерняя, вместе с Кецалькоатлем, Венерой утренней, отправляется в Миктлан, царство мертвых, за костями людей прежних эпох ради создания людей нового поколения; он помогает Кецалькоатлю избежать коварных ловушек Миктлантекутли, владыки подземного царства, и вернуться из царства мертвых, получив желаемое. Десятый день календаря ацтеков является днем пса. Последним, тринадцатым, знаком мексиканского зодиака, представляющим период хаоса, безвременье, было созвездие Собаки, связанное с понятием смерти и, одновременно, с воскресением, возобновлением.


В кельтской мифологии собака сопровождала богов охоты, войны и героев, а также бога-целителя Ноденса. Одним из атрибутов солнечного бога Луга был волшебный непобедимый пес, знаменитый еще и тем, что «…стоило ему в ручье омыться, как воды в нем текли вином и молоком».

В ирландской традиции Кухулин — главный герой многочисленных саг. В раннем возрасте он отличился тем, что убил чудовищного пса кузнеца Кулана. Имя Кухулин — «Пес Куланна» — герой получил после того, как вызвался заменить убитую им собаку в качестве сторожа.

В скандинавской мифологии демонический пес Гарм является стражем подземного мира. В последней битве перед концом мира он вырвется на свободу и вступит в бой с асом Тюром. В этом сражении оба погибнут.


В древней мифологии славян в крылатую «собаку — птицу» мог воплощаться солнечный бог Семаргл , входивший в число семи божеств древнерусского пантеона. Семаргл символизировал Солнце летнего солнцестояния и считался охранителем посевов.

По языческим поверьям, собакам покровительствуют добрые божества и через них помогают человеку защититься от злых сил. Бог Семаргл изображался в виде крылатой собаки, олицетворяя «вооруженное добро». Идол Семаргла был установлен кн. Владимиром в Киеве.

Предки верили в дар предсказания этих животных, которые предчувствовали пожар, несчастье, смерть. Раздвоенность образа собаки, его «нечистота» проявляется в тех легендах и сказаниях, где речь идет о способности ведьм и упырей превращаться в собак.


 

В иудаизме собака является животным нечистым. В священных книгах, таких как Ветхий Завет и Талмуд, практически все упоминания о собаках носят крайне негативные оттенки – презрения, омерзения, грязи и бесстыдства.

В Ветхом Завете из тридцати упоминаний собаки, лишь в двух случаях оно не имеет негативного смысла.
По закону Моисея, эти животные считались нечистыми. Для еврея сравнить кого-либо с псом – верх оскорбления. Даже деньги, вырученные от продажи собаки, равнозначно плате блудницы, нельзя было вносить в Скинию – «в дом Господа Бога твоего ни по какому обету, ибо то и другое есть мерзость пред Господом Богом твоим» (Втор. 23: 18).


 

В христианстве собака воспринимается неоднозначно. Католическая церковь признала её символом верности официальной догматике и бдительности по отношению к ереси и еретикам, а Русская православная церковь усматривала в собаке подлое и греховное существо.

Поэтому слова пёс, собака, сукин сын употреблялись на Руси в качестве бранных. При известии о внезапной гибели вора, подлеца или негодяя русские обычно приговаривают с холодным презрением: «Собаке — собачья смерть!».

Но такое отношение к собаке не является исконным. Известны волшебные сказки об Иване Сученко («Сучьем сыне» в буквальном смысле), превозмогающем зло и достигающем успеха. Среди личных имён у славян в дохристианскую эпоху были вполне обычные имена Пёс, Пёсик, Щеня, Собака, не имевшие отрицательной экспрессии.

В символизме католического  христианства собака означает верность, бдительность, охрану, а иногда становится аллегорией священника, «доброго пастыря». Как хранитель стад собака олицетворяет епископа или проповедника. Черные и белые собаки — знаки ордена Доминиканцев.

В католической иконографии собака — верный спутник некоторых католических святых, и прежде всего святого Доминика. Собака Доминика держит в пасти горящий факел, символизирующий пламенную веру.

Дело в том, что испанский монах Доминик основал в 1215 году монашеский орден доминиканцев, выполнявший обязанности инквизиции. Благодаря игре слов (Авт.: Domiпus по-латински означает «Господь» и «господин», а саnеs — «собаки»), доминиканцев, неустанно преследовавших еретиков, прозвали «псами Господними».


В священной книге мусульман Коране собака упоминается трижды. Например, в суре «Пещера», аналогичной христианскому повествованию о семи спящих отроках эфесских (по всей видимости, обе истории заимствованы из общего древнего источника), рассказывается о псе Китмире, охраняющем сон молодых людей (Асхаб аль-Кафк), которые спрятались в пещере, чтобы уберечь свою веру, и усыпленных Аллахом на долгие 309 лет.

Верный Китмир стал одним из десяти животных, которых мусульмане связывают с небесами. Более того, имя этой легендарной собаки помещали на почтовых отправлениях, чтобы послания не потерялись во время долгого пути к своим адресатам.

Позже подобное уважительное отношение всячески искоренялось, даже несмотря на прямое указание пророка Мухаммеда не допускать никакой греховной жестокости по отношению к любым живым существам. Данный подход, к сожалению, постепенно стал формальностью. А ведь во многих хадисах регламентируется проявлять к собаке, также как и к прочим существам, сотворенным Всевышним, милосердие и сострадание. Чего стоит, к примеру, поучительное повествование о человеке, который напоил страдающего от жажды пса водой из собственной туфли и за этот добрый поступок попал в рай?

На деле все обстоит далеко не так радужно, и исламский мир живет, руководствуясь в отношении собак другими хадисами и правилами шариата. Согласно одному из них Пророк запретил продавать и покупать всех собак кроме борзых (не возбраняется, однако, их дарить). Этот запрет считается равнозначным двум другим – платить блудницам и давать награду предсказателям. Использовать собак следует только в целях необходимости – для охоты, охраны, выпаса скота, а также в качестве тягловой силы и поводырей для слепых. Держать собак для развлечения, например, в эстетических целях или для собачьих боев, запрещено под страхом сокращения в три раза милости Аллаха за верное служение ему. Если собака отклоняется в своем поведении от допустимого и становится опасной (например, заболевает бешенством), то автоматически она относится к категории животных, называемых «фасик» (существа, наносящие вред) и должна быть немедленно умерщвлена. Следует отметить, что мусульмане относят к фасик также скорпионов, ворон, мышей и коршунов.

Излишняя доброта по отношению к собаке, а также то, что принято называть «ложным гуманизмом» очень осуждается. Хотя владельцу и предписывается Кораном делать добро всем животным, находящимся на его попечении, то есть, обеспечивать надлежащее питание, содержание, уход и лечение, на практике подавляющее большинство мусульман этого не соблюдает, мотивируя подобное отношение запретом веры прикасаться к собаке. В некоторых исламских странах, например, в Иране, религиозное рвение порой доходит до полного абсурда – прямых призывов истребить всех без исключения собак, как домашних, так и бродячих, во имя истинной веры. Каноническая же идея о том, что судьба всех существ без исключения принадлежит лишь Аллаху, и все должны подчиняться ему, а животные отличаются от людей и джиннов только тем, что не имеют свободы выбора, просто игнорируется.


 

Особое отношение к собакам существует в Тибете. Тибетские монахи считают, что душа, не достигшая Нирваны, переходит в собаку. По всей видимости, поэтому монахам запрещено употреблять мясо собак в пищу.

В буддийской традиции есть еще одни священные собаки. Наибольшую известность они получили в Монголии. Это четырехглазые, с пятнами под глазами, божественные собаки (банхар дурвэн нудтэй), которых называют еще молитвенными собаками (зуугийн нохой). Согласно легенде, первая из них пришла в Монголию вместе с паломниками, ходившими в Тибет поклониться буддийскому божеству. Считалось, что такие собаки высматривают дополнительной парой глаз злых духов, а также способны подолгу сидеть неподвижно, медитируя и творя молитвы за своих хозяев. Когда молитвенная собака умирает, ее хоронят головой на юг, чтобы ее душа вернулась в Тибет и переродилась в человека.


 

По материалам сайтов http://wolcha.ru/ ; http://okdzks.com/  ;  http://www.pravoslavie.ru/ и http://amgalan.mybb.ru/

Реклама